Воскресенье, 20.08.2017, 06:20
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

"Семейная летопись" - сайт Козлицкой И.В.

Меню сайта
Календарь
«  Август 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Форма входа
Статистика
Рейтинг@Mail.ru
Статистика
Яндекс.Метрика
Поиск
Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 69
Мои сайты
  • Меровка
  • Фамильный герб
  • Мои предки Твердовские
  • Пригласим природу в дом
  • Козлицкая Н.И.



    Козлицкая Наталия Ивановна (1925 - 2007)

    Козлицкая Наталия Ивановна родилась 28 мая 1925 года в селе Мелиховка Ново-Водолажского района Харьковской области (Украина). Подробную карту Харьковской области можно посмотреть здесь.



    Её родная мать (Камышникова Матрёна Марковна) умерла: полоскала бельё в проруби, соскользнула в ледяную воду и сильно  простыла. Остались двое детей: кроме Н.И. был ещё Михаил, постарше её. Отец, Козлицкий Иван Дмитриевич, женился во второй раз. Мачеха Н.И. была той самой мачехой, которая бывает в сказках: не довернёшья – бита, и перевернёшься – бита. О своем детстве Н.И. всегда вспоминала с горечью, даже в преклонном возрасте. Да и вообще жизнь Н.И. не баловала.

    Хотя отец Н.И. был бригадиром в колхозе, семья жила очень бедно. Нельзя было держать ни коз, ни коров, ни кур, ни свиней. Всё должно  быть в колхозе.

    В 1932-33 году на Украине начался голод. И вся семья Козлицких: отец, мачеха, Наталья, старший брат Миша и маленький Ваня, общий сын, – отправились в Москву. Целый день приходилось ходить по улицам и просить подаяния. К ночи шли в подъезд какого-нибудь дома (каждый день – другого, потому что из подъездов выгоняли), собирали все коврики и на полу около порога ложились спать. А утром опять «просить».

    В это время шла борьба с беспризорниками, и во время облавы поймали старшего брата Н.И. Куда его отправили – никто не знает. Как добирались до Москвы, Н.И. не помнит, а на обратном пути, который чаще всего проделывали пешком, ей запомнилась длинная пыльная дорога. Впереди, довольно далеко, идут отец с мачехой и по очереди несут маленького Ваню и мешки с сухарями. Н.И. всё отстаёт и отстаёт, а на неё никто не обращает внимания. «Интересно, - вслух размышляла она много лет спустя, - а вот если бы какой-то добрый дядечка меня не подвёз, оставили они меня на дороге, как брата в Москве оставили?»

    В 1941 году началась война с Германией. Очень быстро она докатилась и до Мелиховки. Прямо за околицей рыли окопы, которые не понадобились, потому что наша армия отступала. Солдаты проходили через деревню и советовали уходить на восток. Но куда? Уже в октябре 1941 года в село вошли немцы. Перед этим вся семья спряталась в погребе во дворе. Н.И. рассказывала, что немецкий танк остановился на ремонт как раз над их погребом, и дня два просидели в страхе. Потом потихоньку осмелились выйти.


    Июль 1943 г. Место съёмки - р-н Белгорода.
    Автор съёмки не установлен
    Взятие Харькова. Октябрь 1941 года.


    В хате уже расположились солдаты. Офицеры искали для постоя дома побогаче, не с земляным полом. А семья Н.И. стала жить у соседей. По воспоминаниям Н.И., немцы были разные: кто детям гостинцы раздавал, показывал, что у него дома тоже дети остались; кто за людей не считал. Н.И. рассказывала про одну женщину из Мелиховки, которая, собирая хворост в лесу, нашла немецкую шинель. И решила сшить своим маленьким детям пальтишки. Не пропадать же добру. Но немцам как-то стало об этом известно, и женщину повесили по подозрению в убийстве немецкого солдата.

        Отец Н.И., Иван Дмитриевич, не подлежал призыву на фронт, потому что был ранен (контужен) ещё в Гражданскую войну. И лет ему было многовато – уже 47, но немцы забрали его на принудительные работы в Германию, в Гамбург. Там он совершил побег, добрался до Польши, но его поймали и отправили в концлагерь. А после войны уже наши следователи отправили его в лагерь в Кемеровскую область. Там он и жил, женился ещё раз. Н.И. ездила к нему после войны. В 1961 году отец Н.И. умер, похоронен в Ульяновске. К сожалению, ни одной его фотографии в семье не сохранилось.

       Летом 1942 г. для всех украинцев в возрасте от 18 до 20 лет была введена обязательная трудовая повинность в рейхе сроком на 2 года. Набранных мужчин, женщин и детей, которые едва ли могли взять с собой даже самое необходимое, товарными поездами доставляли в пересыльные лагеря на территории рейха и потом оттуда распределяли по местам работы. Подневольные работники применялись во всех отраслях экономики: в горном деле и (оборонной) промышленности, в сельском и лесном хозяйстве, в коммунальном секторе, управлении, ремесле, в частных домашних хозяйствах и т. д.

    Советую прочитать 


    1.       Наталья Буйневич. Через ужасы концлагеря к Победе

    http://www.vetka.by/2012/10/natalya-bujnevich-cherez-uzhasy-konclagerya-k-pobede/

    2.       Польша. Освенцим. Концентрационный лагерь Аушвиц-I

    http://kezling.ru/travels/auschwitz-1/

    3.       Очень страшное определение - Остарбайтеры!

    http://moimir.org/ochen-strashnoe-opredelenie-ostarbajtery

    4.       Остарбайтеры

    http://ru.wikipedia.org/wiki/%CE%F1%F2%E0%F0%E1%E0%E9%F2%E5%F0%FB

    5.       Восточные рабы германской империи

    http://militera.lib.ru/research/dukov_ar/13.html

       И вот в июне 1942 года мачеха сама отвела падчерицу на сборный пункт, откуда молодёжь отправляли в Германию. Н.И. едва исполнилось 17 лет, но была она такой худой и щуплой, что никто не давал 15-ти.


    Кликните по документу мышкой

         Первое, что помнит Н.И. о том, куда её везли, это название Сувалки. Сувалки находятся в Польше. Как я узнала, это одно из месторасположений 7-го и 8-го  армейского сборно-пересыльного пункта. Там же находился сборно-пересыльный пункт для «остарбайтеров»  (восточных рабочих). Так как «остарбайтеры»  находились на самом нижнем уровне в иерархии иностранных рабочих, они размещались в отдельных лагерях, сначала ограждавшихся колючей проволокой.

         «Мы не знали, куда едем, не знали, сколько проехали, не соображали ничего, только плакали. Нас привезли в Сувалки, выгрузили и пригнали к большому зданию. Там нас выстроили в ряд, всех раздели, провели дезинфекцию, обработали, остригли, врачи всех проверили, выдали робы. Потом опять куда-то везли. И оказались мы в Освенциме. Но были здесь недолго. Приехали хозяева, выбирали тех, кто поздоровее, а мы стояли как несмышленыши, ничего не понимая, дрожали. Нас выбрали на завод, погрузили в машину и опять повезли неизвестно куда». Так Н.И. попала в Австрию, на завод, названия которого она не запомнила.



    Перегрузка угоняемых на принудительные работыКонцлагерь Аушвиц (Освенцим)


        Одной из самых больших проблем «остарбайтеров»  в рейхе было в большинстве случаев крайне плохое питание. Размеры порций и качество пищи, на 40-50 % состоявшей из отходов, настолько ослабляли людей, что на многих предприятиях до половины «остарбайтеров»  не могли работать из-за болезней и истощения.

        «Стала я с другими девчатами работать на заводе. Вытачивали целый день какие-то детали. Было очень душно и грязно. Постоянно хотелось есть и пить. Отвлекаться от работы было нельзя, рядом стоял полицейский. Он бил всех за любую провинность. Жили мы в бараках, где было много крыс. Крысы бегали по столам и даже кусали спящих за ноги. По ночам мы тихо плакали, вспоминая родных. Никто ведь не знал, что будет дальше, что с родными, живы ли они?»

       Конечно, далеко не все немцы были одурманены идеями расового превосходства. Были те, кто делился с «остарбайтерами»   пищей, кто закрывал глаза на проступки и даже саботаж, помогал им работой или просто — добрым словом или улыбкой. Но как мало было таких немцев! И как хорошо, что они все-таки были... Н.И. вспоминала, что на заводе был пожилой уже мужчина, который распределял девушек на работу. Он называл Н.И. «кляйне», потому что была уж очень худой и меньше остальных девушек, и старался дать ей работу полегче (например, окна помыть).

         В сорок втором году еще не все «остарбайтеры»   работали в лагерях. Некоторым повезло: они трудились на фермах, «у бауэра». Там столь же много работы, больше произвола, но, по крайней мере, нельзя умереть с голоду: всегда можно съесть предназначенное для свиней варево. Повезло и Н.И.: скоро она попала на хутор под Веной, где и отъелась по-немногу, поправилась, потому что кормили пусть не до отвала, но хорошо. И не обижали.


    Козлицкая Наталия Ивановна. 1945 год. Австрия.


    Проработала Н.И. «у бауэра» до прихода Красной Армии, а в 1945 году, вместе с другими девушками отправилась на родину. Конечно, их проверяли: не предатели ли? Но что взять с безграмотной деревенской девчонки? Отпустили домой, на Украину, в Мелиховку. 

    Козлицкая Наталия Ивановна. 1946 год. Мерефа.

         А тут разруха и голод. Н.И. с трудом добралась до родни матери – Камышниковых (фото здесь), которые жили на Кубани (Усть-Лабинск Краснодарского края). Как добиралась – это отдельный рассказ. Там устроилась в совхоз (или колхоз?), начала работать, появились первые деньги и обновки. Даже парня себе присмотрела, но пришло письмо из дома – с просьбой вернуться. Вернулась, а потом завербовалась и уехала на Север, в Архангельскую область. Там встретила первого мужа, Романа Капитонова, родила дочку Надю (1955 г.). Но жизнь опять не задалась. В конце концов, приехала Н.И. с дочкой в посёлок Каменский Красноармейского района Саратовской области, да тут и осела. Здесь родила сына, Степана (1959 г.). 




    Много лет работала в совхозе «Суворовский»: и птичницей, и на телятах, и в поле. Выйдя на пенсию, нянчила внуков. 


          За многолетний добросовестный труд Наталия Ивановна была награждена медалью «Ветеран труда». В  2004 году получила юбилейную медаль «60 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.», а позже – медаль «Фронтовик» (бывшие несовершеннолетние узники мест принудительного содержания, созданных фашистами, были приравнены к фронтовикам).








          Козлицкая Наталия Ивановна прожила долгую жизнь – 82 года. Умерла она 12 октября  2007 года после тяжёлой болезни. 

    Похоронена в посёлке Каменский.